Работа

Работа Автор: Мерцающая копирование запрещено       Я встала с кровати и взяла в руку косу.       Черенок был жаркий, растрескавшийся, весь в каких-то прерывающихся вмятинах. Само острие терпеливо вылавливало из комнаты обрывки непонятных, слабо обрисованных сцен и, неловко комкая, заворачивало их в свою фольгу.       За окном плавной вуалью оседал дождь. Ртутная осенняя морось проникала через щель в раме и исчезала запахом лежалой, утрамбованной воды.       На кухне, маленькой, погрязшей в отяжелевшем свете и смутном чернении углов, я, привычно орудуя одной рукой, налила себе чая.       Вкус был странный, с оттенком стекольных луж.       Тишина бормотала телевизором и горклой горочкой застывала на горле. Было по-утреннему грустно, чувство безысходности скользило из подушечек пальцев и солило надкушенный хлеб.       Вся рука уже срослась с косой, отливая ее цветом. Она втягивалась, превращаясь в изломанную пародию бескровного органа.       Телефон дернулся в двух посланных судорогах.       Сообщение: “Пора на работу – м. ВДНХ, ул. К-ая, д. 83, кв. 5”       Я отложила бутерброд и со вздохом закрыла глаза.       Пять секунд капельками собрались под веками мглой, выросшей из зрачка, и передо мной вытянулась дверь. Криво, в золотом падении висит цифра 5.       Я прошла сквозь нее, ощутив привкус дерматина и зимнего яблока.       В коридоре женщина в телесном завитке тасовала глазами, полными старческой мути, какие-то замусоленные фото.       Покойник был в простом гробу из тонких ладонных перекрытий. Юноша в цвете вложенной, пропитавшейся мертвечиной розы. Ее запах, округлый и мягкий, приятно щекотал косу, и она смеялась, звеня рукоятью.       Я прикоснулась к его лбу острием и прошептала в губы:       - Пойдем.       Но открыла глаза телесность и, подвывая, схватила меня за руку-косу. Дернула со всей силой. В спину воткнулось что-то расчлененное.       Я, не чувствуя боли, только легкое покалывание на дне зрачка, увидела женщину, скалящую волчьи зубы мне в лицо.       Их смех занял весь мир, и именно он вырывал куски моей плоти.       Смотрела на них сквозь призму последней слезы.       - Я ведь только слуга…       Смех…       Я проснулась тяжело, надломлено дыша, сгоняя сон с рук, скидывая его с ногтей, потом встала с кровати и взяла косу.